MiraFoto.fi

Niko (Eugene) Ageenko

Puroa etsimässä - В поисках ручья - In search of a stream

Huhtikuun ensimmäinen viikko. Kävellessäni monta tuntia luonnossa puroa etsien vaelsin metsätietä pitkin kauas kohti järveä. Mutta puro olikin kulkenut kokoajan vierelläni lumen alla. 

Первая неделя апреля. Гуляя много часов в природе в поисках ручья, я забрёл далеко по лесной дороге в сторону озера. А ручей, оказывается, все время шёл рядом, бок о бок со мной, только под снегом. 

The first week of April. Walking for many hours in nature in search of a stream, I wandered far along the forest road towards the lake. And the stream, as it turned out, all the time went by, side by side with me but under the snow. 

Puro solisi ja pulisi mutta ei näyttäytynyt, muistutti vaan itsestään.

Ручей журчал и булькал, но не показывался, а лишь напоминал о себе.

The stream gurgled and bubbled, but did not show up, and only reminded of itself.

Näin paljon mielenkiintoista matkalla. Vanhan halkeilleen kannon. Kaksi yhteenkasvanutta nuorta kuusta jokainen oman mäntynsä alla. Puolukan ja mustikan varpuja vieri vierellä paistattelemassa aurinkoisessa tienmutkassa. Valtavan iso tien kivi. Ja koivu joka vaihtaa nahkanssa.

По пути мне стретилось много всего интересного. И престарелый рассыпающийся пень. И две ёлочки, растущие вместе на пригорке, каждая под своей сосной. И молодые побеги брусники с черникой, одна в листиках, другая без, греящиеся на солнце на оттаявщей излучине дороги. И береза, меняющая по весне свою одежку. И огромный придорожный камень-волун.

I met many interesting things along my way: an old crumbling stump, a couple of young spruce trees growing together on a hillock, each under its pine tree, young shoots of lingonberries and blueberries, one dressed in the leaves, the other without, basking in the sun on the thawed bend, huge road-side rock and a birch changing its year-old clothes.

Eräässä notkelmassa vanhojen korkeiden kuusien kuiville alaoksille oli ripustettu pukinpartojen kevätnäyttely. Naava viihtyy tässä kuusikossa osoittaen paikan ilman olevan kosteaa ja puhdasta.

В одной низинке, на нижних сухих ветках старых высоких елей я встретил весеннюю выставку козлиных бородок. Уснея обитает здесь в тихом ельнике, воздух в низинке влажный и чистый.

In one hollow, on the lower dry branches of old tall firs, I met a spring exhibition of goat's beards. Usney lives here in quiet fir-grove, the air in the valley is humid and clean.

Niin kuljimme yhdessä puron kanssa. Ja lopuksi järven rantaan saavuttuani puron suu paljastui sulanteesta.

Так мы и шли вместе с ручьем. Только в конце дороги, уже на самом берегу озера, устье ручья вдруг показалось из проталины.

And only at the end of the road, on the very shore of the lake, the stream showed its thawed mouth.

Paluumatkalla löysin lopuksi iloisesti juoksevan puron sivuhaaran lumesta vapaautuneesta metsäojasta. Istuin sen lähellä, kuuntelin sen herkkää solinaa, iloitsin kuten lapsi kuplien säteilystä auringonvalossa ja puiden heijastuksista sulaneessa vedessä, ja nautin kuumaa vihreää teetä.

На обратном пути я нашёл таки один из его открытых рукавов-притоков, радостно бегущий в оттаявшей лесной канаве. Я сел подле, чтобы послушать его нежное ворчание. Я радовался как ребенок искрящимся на солнце пузырям, деревьям, отражающимся в его талых водах, и наслаждался горячим зеленым чаем.

Going back home, I found one more of its sleeves, happily running in a thawed forest groove. I sat beside the stream, listening to its gentle murmur, enjoying like a child the bubbles sparkling in the sunlight, the trees reflecting in its melted waters and delighted the hot green tea.

Löysinkin alkulähteen toisena päivänä syvältä lumen alta. Vesi kerääntyi kukkulan rinteeltä ja pulpahti suonena maan pinnalle, mutta silti jäi piilotelemaan lumen peiton alle.

Исток ручья я нашел уже на другой день, глубоко под снегом. Вода собиралась со склонов холма и текла где-то под землей по своим, одной только ей известным, коридорам. В одном месте она пробивалась ключом на поверхность, но все равно оставалась невидимой, скрытой от глаз, прячась под полу-метровым снежным одеялом.

I found the source of the stream on another day, deep under the snow. The water gathered from the slopes of the hill and flowed somewhere underground through its own secret passages. In one place, water broke to the surface, but still remained invisible, hidden from view under thick snow blanket.


Pajunkissat - Ивовые "кошечки" - Willowcats

Näin ensimmäiset pajunkissat helmikuussa lumien alkaessa sulaa. Mutta pakkaset tulivat jälleen ja pajunkissat supistuivat kevättä ja valoa odottaen. Ja nyt, vasta kuukauden päästä, ne avautuvat.

Suojellaan luontoamme - vaurauttamme. Säilytetään sitä ehjänä eikä revitä ja rikota pajunoksia julkisilla paikoilla. Annetaan myös muiden nähdä kevään kauneutta.

Kaikki alkaa virrata ja sulaa. Päivällä auringonvalossa lämpötila nousee reilusti nollan yläpuolella. Yöllä, pimeässä pakkanen tulee jälleen. Mutta pian valo voittaa yön, lumi sulaa ja antaa tilaa vihreydelle ja kukille.

Я видел первых "кошечек" на ивах еще в феврале, в начале оттепели. Но снова пришли морозы, и они сжались в ожидании весны и света. И вот, по прошествию месяца, открываются вновь.

Сохраним нашу природу, наше богатство. Давайте оставим нетронутыми, не будем рвать и ломать прутики в публичных местах. Пусть другие тоже радуются весне и её красоте.

Все течет и тает. Днем, на солнечном свете температура плюсовая. В темноте ночи снова приходит мороз. Но скоро свет победит ночь, снег растает, уступит место зелени и цвету.

I saw the first willow cats yet in February, at the beginning of the thaw. But frost came again, and they shrank in anticipation of spring and light. And now, after a month, open again.

Let's keep our nature, our wealth. Let's leave intact, let's not tear and break twigs in public places. Let others enjoy spring and its beauty.

Everything begins to flow and melt. In the afternoon, in the sunlight, the temperature is above zero. At night, in the dark, frost comes again. But soon the light will win the night, the snow will melt, will give way to greenery and blossom.